...Vanity Fair...

«Ярмарка тщеславия» – это лучшее  у Уильяма Теккерея.  Социально-бытовой роман, который сделал его знаменитым .  Но не буду вдаваться в историю написания романа и другие подробности имен, цифр и дат.  Рассказываю лишь о своем впечатление, а переписывать сюда википедию нет никакого желания.

Моя маленькая библиотека.
«Ярмарку…» начала я читать без интереса, было трудно привыкнуть к своеобразной манере изложения, к постоянному диалогу автора с читателем.  Сперва он показался мне слишком «мыльным», поэтому я растянула первую половину книги на несколько месяцев, но вторая часть была прочитана на одном дыхание. Я наконец-то поняла смысл, мне открылась главная интрига. Я почти физически чувствовала,  как книга наполняет меня собой. Знакомясь с героями романа, я лучше стала понимать многих своих знакомых и узнавать их заново. Например, типичная  Бекки Шарп училась со мной в одном классе! А каждой девушке от души могу пожелать, чтобы она встретила такого мужчину как Уильям Доббин.


Роман очень содержательный, цитатами переполнен. Я с трудом выбрала несколько лучших, на мой взгляд.  Был бы пост резиновый, то  опубликовала бы все.


 "Долговременная привычка, благородная осанка, безукоризненная обувь и платье, прочно усвоенная надменность в обращении часто выручают человека не хуже впечатляющего счета в банке."

"Не раз бывало, что какой-нибудь ослепленный пастушок по ошибке принимал бесчувственность за скромность, тупость за девичью сдержанность, полнейшую пустоту за милую застенчивость, — одним словом, гусыню — за лебедя!"

"Кому не приходилось видеть, как женщина тиранит женщину? Разве мучения, которые приходится выносить мужчинам, могут сравниться с теми ежедневными колкостями, презрительными и жестокими, какими донимают несчастных женщин деспоты в юбках?"


"Мать выбирала для нее платья, книги, шляпки и мысли."

"Если бы мы знали, что думают о нас наши близкие друзья и дорогие родственники, жизнь потеряла бы всякое очарование и мы всё время пребывали бы в невыносимом унынии и страхе."

"Подумай, какое ты имеешь право презирать, — ты, чья добродетель — лишь отсутствие искушений, чей успех, возможно, — дело случая, чьё высокое положение — заслуга далёкого предка, чьё благополучие, по всей вероятности, — злая шутка судьбы."

Уже начала новую. Первая книга Джека Лондона, которую держу в руках. 
 "Лучшие из женщин – лицемерки. Мы и не знаем, как много они от нас скрывают; как они бдительны, когда кажутся нам простодушными и доверчивыми; как часто их ангельские улыбки, которые не стоят им никакого труда, оказываются просто-напросто ловушкой, чтобы подольститься к человеку, обойти его и обезоружить, — я говорю вовсе не о записных кокетках, но о наших примерных матронах, этих образцах женской добродетели. Кому не приходилось видеть, как жена скрывает от всех скудоумие дурака-мужа или успокаивает ярость своего не в меру расходившегося повелителя? Мы принимаем это любезное нам рабство как нечто должное и восхваляем за него женщину; мы называем это прелестное лицемерие правдой. Добрая жена и хозяйка — по необходимости лгунья."


Так что это основное, что я хотела сказать о "Ярмарке тщеславия". Я получаю огромное удовольствие, когда закрывая очередную книгу, кладу ее на полку и она занимает там свое законное и достойное место. Люблю окинуть взглядом свои книжки и вспомнить их героев, как старых добрых друзей, которые оставили неизгладимый след в моей жизни. Немного грустно каждый раз с ними расставаться. Я буду скучать по нежной Эмми...